Вознесенский о Маклюэне.

[ibsorath]

Оригинал взят у teterin в Вознесенский о Маклюэне. Из книги «Ау, Ванкувер!» (1971)

Андрей Вознесенский вспоминает свою встречу с Маклюэном в Торонто, случившуюся лет сорок назад. Спасибо Юре Куроптеву, которому эта цитата волшебно открылась на букинистическом развале.

“Профессор Маклюен сухопар, высок. Внешне напоминает персонажей Жюля Верна. Когда увлекается, смотрит сквозь собеседника, будто страдает дальнозоркостью. Сидит прямо, острые колени в полосатых брюках обтянуты и сжаты, как у статуи Озириса на троне…

В разговоре он ясен и метафоричен, как алгебра. Он вряд ли читал Хлебникова, но ключ к Маклюену в хлебниковской фразе: «Человечество чисел вооруженное и уравнением смерти, и уравнением нравов, мыслящее зрением, а не слухом».

Вознесенский о Маклюэне. Из книги «Ау, Ванкувер!» (1971)

Comments

[pamupe-cc.livejournal.com]

Для меня суть Вознесенского полностью передана эпизодом из великих "Музыкальных Игр" (Телефильм на песни Корнелюка. Сценарист - Курёхин) Там Вознесенский в обнимку с толстой лошадью с картонными крыльями читал дико бездарные стихи про кооперацию и видео толпе поп звёзд, включая Пьеху. Никогда не понимал, как такой явный графоман смог заслужить такой культовый статус и встретить такое количество действительно великих людей. Лимонов в "Первом Панке" описывает как Вознесенский в CBGB среди панков поэзию представлял.

[ibsorath.livejournal.com]

кстати аналогично отношусь. но цитату из Хлебникова он здорово подобрал к Маклюэну.

[ibsorath.livejournal.com]

Хотя есть же ещё Евтушенко, вот где пиздец...

[vavial.livejournal.com]

Евтушенко. Ага.
"На десять часов утра поэты назначили "военный совет". Аллен Гинсберг, уже года два как остригший свою знаменитую бороду и сменивший буддистские одежды на костюм из магазина братьев Брукс и скромный галстук какого-нибудь фармацевта из Бронкса, предложил не сдаваться хаосу, всем вместе защитить честь поэзии и вместо задуманного, запланированного раньше вечера только американской поэзии устроить совместный вечер с европейскими поэтами, отказавшимися вчера выступать в неразберихе. Первый раз я видел Аллена Гинсберга, "воспевателя хаоса", в роли строгого защитника порядка.
"Сдаваться какой-то кучке хулиганов?" - прорычал американец Амири Барака, похожий на Мохаммеда Али в легком весе. Все проголосовали - не сдаваться. Решили, не надеясь на организаторов, взять защиту микрофона в свои руки. Тед Джонс нарисовал эскиз каре из стульев вокруг микрофона. И вдруг один из организаторов заявил, что стулья на сцене явятся символом привилегированности поэтов и это может спровоцировать насилие. Отец американских "литературных хулиганов" Уильям Берроуз, самый старший из всех участников фестиваля, заявил, что на стуле удобней сидеть, что вообще у него артрит и если ему не дадут стула, он выступать не будет."